Глава 3. Македонец

Хранители Мультиверсума-4: Безумные дни

Сеня явился ранним утром, пахнущий дешёвыми духами и невыспавшийся, недоуменно оглядел заставленную сумками комнату, пожал плечами и потащил из-за шкафа продавленную раскладушку. Разложил её, кинул спальник и сразу вырубился. Неплохо, видать, погулял.

В сумках была еда, медикаменты, кое-какая одежда и вообще куча нужной мелочёвки на первое время, пока мы не поймём, как жить и чем заниматься дальше. Всё это надо было перекидывать на базу, но пусть Сеня пока отоспится. Я же позавтракал и отправился в банк.

Деньги мне выдали без проблем, разве что персонал был какой-то рассеянный и нервный, да и клиенты в зале непривычно громко спорили о политике. Обычно-то в банке все молчат в тряпочку, сжимая номерок электронной очереди в руке – такое уж это место, не располагает к общению, все о своём думают, о финансовом. Денежки тишину любят. А тут прямо как в очереди за колбасой во времена оны – кто Америку ругает, кто Китай, а кто и своё правительство в полный рост поливает. Я, будучи, как теперь говорят, не в тренде, молчал и слушал, но понял мало. Кто-то проповедовал, что завтра Третья Мировая, кто-то стращал жуткой эпидемией, а кто-то упирал на землетрясения, отчего что-то труднопроизносимое взорвётся и будет как ядерная зима, только не ядерная, и не зима — «ну вы поняли». Если бы не Сенины предсказания, я бы только недоумевал, какой статистической причудой столько параноиков в одно время в одном месте собрались, но сейчас скорее удивлялся тому, как у нас народ умеет грядущие неприятности жопой чуять.

Очередь моя была далеко не первая. Почти все собравшиеся были как раз за обналичкой, так что политинформацию получил по полной, отчего окончательно запутался в версиях и плюнул. Получил на руки кучку перевязанных банковских пачек, сложил их в пакет, да и пошёл себе.

 

Выходил с опаской, оглядываясь, но желающих меня пограбить больше не нашлось, хотя вот сейчас-то у меня как раз была сумма приличная, плюс Сенины сумки в машине. Квартиру можно купить, и довольно неплохую, даже в центре. «Всё, что нажито непосильным трудом», как в старом кино говорилось. Квартиру я, разумеется, покупать не стал, а поехал вместо этого к Ингвару, которого застал помятым, слегка нетрезвым и каким-то ошарашенным. Даже выпить не предложил, что на него вообще не похоже.

 — Люди гибнут за металл,

Раз я золото копал, —

Если б не обрез двустволки

Вообще нахуй бы пропал… — встретил он меня очередным своим шизотворчеством.

— У вас товар, у нас купец, — ответил я ему в тон.

— Да знаю я, — отмахнулся Ингвар. — В свете вновь открывшихся обстоятельств, я бы, конечно, развернул тебя восвояси, но раз обещал, то золото твое.

 Он вытащил из сейфа небольшую черную сумку и весомо брякнул ей об стол.

— Здесь всё. С учётом вчерашних монет и плюс ствол с патронами, с тебя… — и он назвал сумму.

Мда, недолго я с мешком денег проходил, практически все и отдам сейчас. Двинул к нему по столу пакет с пачками.

— Чтобы денежки водились,

Надо денежки любить!

А иначе будешь с голой

Жопой по двору ходить… — назидательно продекламировал он, быстро пересчитывая упаковки и проверяя их на целостность.

— А что за обстоятельства вдруг? – поинтересовался я больше из вежливости.

Ингвар задумался – руки его, считавшие пачки, на секунду замерли.

— Да общался я этой ночью с одним человечком… — неохотно ответил он, покрутив этак пальцами в воздухе. Стало понятно, что «человечек» ему не очень-то нравится. — Врал он, конечно, много, но кое-что мне кажется довольно правдоподобным. Вот, например…

Он вдруг подался вперед через стол и настойчиво уставился мне в глаза, почти вплотную приблизив лицо.

— Скажи мне, Македонец, правда, что этому миру может пиздец присниться?

Я ненавижу такого рода вторжения в личное пространство, если их совершают не прелестные блондинки с большим бюстом, но сдержался и не сказал в ответ грубость.

— Да, — ответил максимально корректно, — существует такая вероятность.

— Вот же блядь! — выругался Ингвар. — Не соврал, выходит, паскуда…

— Кто паскуда? – осторожно поинтересовался я. Не то, чтобы меня это как-то касалось, но уж больно интересный расклад выходил.

— Да попался мне тут один… вроде проводника. Может, знаешь? «Коллекционер» погоняло его.

— В первый раз слышу, — соврал я, не моргнув глазом. — А откуда у тебя такие знакомства?

— Свела жизнь на узкой дорожке… — отмахнулся он. — Неважно. Как-то конкретизировать можешь? Ну, что случится, когда, как?

— Нет, — ответил я вполне честно, — подробностей не знаю, мне тоже один проводник намекнул. Сам-то я не по этим делам. Я больше насчет пострелять, как всегда. Как там мой ствол, кстати?

— Ах, ну да, – спохватился Ингвар. — Минуту.

Из того же сейфа достал завёрнутый в тряпку ПМ и три коробки патронов, выложил на стол.

— Вот, как ты и просил – болгарский, с глушителем. Чистый, гарантирую.

— Благодарю, — я оттянул затвор, глянул внутрь, выщелкнул магазин, заглянул в ствол, проверил резьбу глушителя и сразу накрутил его.

— А что ты всегда «Макаров» берёшь? – спросил Ингвар. — Не хочешь чего помоднее? «Глоки» есть, «Чезеты». Ну и по нынешним временам, на случай, если дела пойдут совсем плохо, то и посерьёзнее пистолета что-то могу предложить…

— Нет, спасибо, меня устраивает, — вежливо отказался я. — Деньги посчитал, всё нормально?

— С огорченьем смотрит Маня

На помятые рубли.

Сговорили, заплатили,

А ебать – не поебли… — невесть к чему сказал Ингвар, и я решил считать это за согласие. На этой радостной ноте и расстались.

 

По-хорошему, надо было бы возвращаться домой, будить Сеню и начинать эвакуацию. Переезд – дело хлопотное. Но упоминание Коллекционера всё меняет – если Ингвар знает, где он, то такой шанс упускать нельзя. Мои работодатели в нём очень заинтересованы, но это не главное. Есть у меня к нему большой личный вопрос. Такой личный, что дальше некуда. Так что, отъехав от его офиса, приткнул «Ниву» неподалеку в пределах видимости и первым делом набил магазин нового пистолета, аккуратно защёлкивая в него короткие бочонки девятимиллиметровых патронов.

 

Я равнодушен к оружию. Меня устраивает любой пистолет, который выстрелит, когда я нажму на спуск. Всё остальное: точность, скорострельность, удобство хвата и быстрота перезарядки — это для тех, кто промахивается. Мне не надо палить в противника до затворной задержки и перезаряжаться в перестрелке, мне достаточно одного выстрела. Если пуля прилетает вам в лоб, то из какого ствола она была выпущена, уже не имеет значения. Девять на восемнадцать – достаточно убойный патрон, а «макар» — самый распространённый пистолет в наших краях. Он дешёвый, его несложно достать и не жалко выкинуть, его пуля не привлекает внимания экспертов.

Автомат мне тем более ни к чему – я не хожу в атаку в пешем строю и мне не надо палить очередями на подавление. Из двух пистолетов я могу убить шестнадцать человек за несколько секунд, в большинстве жизненных ситуаций этого вполне достаточно.

Поэтому я Македонец.

 

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.